Коротко о себе и близких
КОРОТКО О СЕБЕ И БЛИЗКИХ
(Из повести «Многоточие жизни»)
Родился весной, когда природа и поэзия единым потоком устремляются к поэтическим душам, чтобы своим журчанием подсказать удивительные строки загадочных стихов.
Нелегко высказаться в двух строках добрыми словами о дорогих родителях, зная, что ты у них рос тяжелым ребенком: почти смертельное отравление в охраняемом складе какой-то ядовитой травой в голодном 1947 году, частые драки в беспощадных стычках мальчишеских ватаг, странствия в охраняемых товарных поездах и на крышах - пассажирских, выхаживание на костылях юноши, попавшего по легкомыслию под колеса самоходного комбайна, слепые и рискованные поездки по комсомольским путевкам на стройки огромной страны, а затем неудачные операции и многое другое, - все это не для ранимого сердца доброй и любящей мамы.
Дочь из богатой семьи - Конюх Марфа Ильинична - выходит замуж после революции 17-го года за молодого кузнеца - не ровню в социальном плане, зато любимого. Работая колхозницей, она испытала и вкусила всю «прелесть» бесплатного рабско-колхозного труда, но даже в старости оставалась интеллигентной и пригожей женщиной.
Приведу один из случаев самопожертвования мамы: в голодовку принести горстку зерна для голодающей большой семьи, пряча в местах запретных для проверки со стороны охраны и сторожей, - поступок на уровне подвига. При тотальной слежке можно было бы «загудеть» в дальние лагеря.
Мамина доброта, порядочность, забота о страждущих передавались мне и старшим сестрам Тоне и Нине.
… Мой отец - Михаил Владимирович Бродецкий, мировой кузнец, был забран на фронт Первой мировой войны в восемнадцать лет. Революция возвращает его домой, но за похищенную амуницию отряда Белой армии остались с другом случайно живыми.
В Гражданскую войну - подносчик снарядов артдивизиона под Каховкой, командиром которого был будущий Маршал Говоров.
Перед Отечественной войной кузнеца избирают в колхозе председателем. Новая техника с жутким качеством: косарки, молотарки заставляют руководителя днем и ночью, засучив рукава, доводить до ума «чудо» соцпроизводства. За пропажу колхозных овец ОГПУ забирает его в ДОПР г.Харькова (шьют халатность). Случайно остался живым, но фото опухшего и изнеможденного родителя по сей день стоит в моих глазах.
«Забота» и «любовь» Советской власти и ее вождей к преданным труженикам Отечества глубоким шрамом легли на сердце, а боль слышна во многих строках моих стихов.
…Час рождения - весенний, а год 1938 оказался зимним... По рассказам мамы в этом году, не без участия чрезвычайщиков, при загадочных обстоятельствах погиб мой пожизненный кумир дядя Гриша - Конюх Григорий Ильич - приверженец многообещающей революции, командир конногвардеец, один из восстановителей Черноморского флота, а перед гибелью - командир сводного отряда молодой морской авиации Страны Советов в г. Севастополе.
Жена его после случившегося уходит с чекистом в неизвестном направлении, бросив дочь на попечение бабушки и дедушки в Москве.
Чтобы затерять свое происхождение в большом городе, урожденный из зажиточной семьи бывшей казацкой старшины, используя авторитет и заслуги, дядя Гриша после революции увозит родителей и братьев из села Н-Серогозы на Херсонщине в Москву.
Не тут-то было... ВЧК, видимо не без помощи молодой жены, раскрывает тайну задуманного, и при повальном уничтожении командного состава Красной Армии расправляется с ним.
Трагедия близкого мне человека при «чистой» любви беглой жены с довеском своих житейских коллизий, тяжелой глыбой ложатся на мое сердце. Должно быть, поэтому любовь в моей интимной лирике с горчинкой в строке.
…Два технических ВУЗа, скромный вклад в оборонку, заметный вклад в проектировании, строительстве и создании института «Запорожский Гипроэлектро», в котором я родился как поэт, проектирование и сдача в эксплуатацию школ, больниц, церквей на просторах бывшего СССР и Запорожского края помогли мне в осмыслении происходящего.
…Неимоверная загрузка дней и ночей не давали мне особо свободного часа для воспитания детей. И все же они отменные ребята: Ваня - моряк Балтийского флота, чьи часы службы покоятся на дне Атлантического океана. Служба на Байконуре не принесла особой радости, как секретчику, Максимке, но космодром, площадки и победы всегда впечатляют и остаются в душе на всю жизнь...
…Не представляю своей жизни без поэзии - и это не высокий слог откровения, а правда сердца.
Нервы - что струны… Производственная нагрузка с добавлением жалких интриг давят на мозги и душу, - надо забыться. Выходной или бессонная ночь пребывания в блистательном мире поэзии, поиск жемчуга в океане слов к продиктованному свыше кем-то стиху - и ты готов к штурму новых дней, торопя время и самую жизнь. В противном случае только «огонь» да вино сбивали накал души. И до боли горько, что мой поэтический труд нашел дорогу к читателю почти через четверть века.
Чтобы стать поэтом, не обязательно кончатьлитинституты. Примеры тому: М.Ю. Лермонтов - воин, Ф.И. Тютчев - политик, А.В. Кольцов - предприниматель... Соглядатайство зорких органов, черная зависть, «доброжелательность» так называемых братьев по перу, которая не тлеет и по сегодняшний день, идеологическое подвывание всем и вся, целенаправленные курсы «молодого бойца», местное «не пущать» и прочая отрава жизни являются стопкраном в движении к лучшему. А девиз: «Кто был никем, тот станет всем» дал возможность распоясаться этим всем... Хотя при всех этих издержках и перипетиях рядом стояли добрые и мудрые люди, на чье плечо можно было смело опираться. Пожизненно им благодарен.
У истоков моей печатной строки стояли: фронтовик и журналист В.А. Швайко, известный поэт М.Р. Ласков, журналист и поэт Е.И. Алейник, смелый во взглядах журналист В.Г. Шак. Особое слово хочется сказать о литературном критике, строгом и требовательном редакторе, исследователе жизни и творчества многих писателей, добрейшей души человеке, словом, глубокая признательность Игорю Терентьевичу Куприянову, молодым и перспективным ученым А.Д. Воинову и А.В. Муравину, как Н.Н. Кветкову, архитектору и художнику, чьи работы украшают обложки первых десяти сборников. Признателен художественным редакторам А.Г. Лукьяненко, А.Н. Былыму, А.А. Стариковскому, руководителю отдела автоматизации Е.В. Селютину, а так же дорогим спонсорам, чьи имена стоят рядом с именем поэта, без чьей помощи навряд ли мои произведения увидели бы свет. С теплотой и сердечностью говорю: большое спасибо Авиате Викторовне Бачуриной- милой женщине и одаренному редактору Запорожского радио. Всегда помню добрые напутствия и теплые слова батюшки Нафанаила.
…В пытливой юности по ночам на сеновале я подолгу смотрел в небо, мечтал о путешествиях к далеким звездам. Млечный Путь и луна будоражили воображение; чутко вслушивался и пытался понять окружающий меня многоликий говор всего живого, а воздух, настоянный на травах, не давал уснуть. Не знал я тогда, что через двадцать лет, неожиданно, возьму ручку, лист бумаги и напишу свое первое стихотворение "Одиночество". И пусть оно менее удачное, чем бунинское, прочитанное мной позже, но это мои первые рифмованные строки.
…Мои стихи краткие, но я всегда старался в каждую строку вложить свой жар души. Может быть, где-то стих не дотянут образно, но я старался, чтобы лицо его было чистым! Каждый из пишущих хотел бы иметь пошире аудиторию читающих. Только притча «на вкус и цвет…» говорит: долговечность твоей строки в руках времени!
Александр
Бродяга - Бродецкий
- 4021 просмотр